Защититься от своих: что волнует рядовых адвокатов



Пока боссы адвокатских объединений занимаются самопиаром на светских вечеринках, рядовых защитников не пускают к доверителям и выпроваживают из судов.

Роман Правдин

Объединяющая столичные адвокатские объединения общественная организация «Совет адвокатских образований Москвы» заявила о проведении 11 декабря в ТГК «Измайлово» общего собрания участников.

На мероприятии, согласно официальной повестке, предполагается обсудить проблемы, связанные с функционированием автоматизированной информационной системы Адвокатской палаты города Москвы, работой совета АПГМ по защите подвергающихся уголовному преследованию адвокатов, участием руководителей адвокатских образований в работе совета и рядом технических вопросов.

Помимо выступлений по заявленной повестке, «трибуна будет открыта для обсуждения любых актуальных вопросов и злободневных тем жизни адвокатских образований города Москвы и состоящих в них адвокатов», поэтому в организации приняли решение об участии в собрании исключительно руководителей адвокатских образований столицы или их заместителей. Об этом сообщается в обращении организаторов собрания к будущим участникам, распространенном за подписями сопредседателей РОО «Совет адвокатских образований Москвы» Сергея Кривошеева и Олега Алексеева из межрегиональной коллегии адвокатов Москвы, Александра Обозова из «Союза московских адвокатов», Александра Саковича из коллегии «Магнетар» и Константина Трапаидзе из коллегии «Вашъ Юридический Поверенный».

Обсудить действительно есть что.

Даже если смотреть на актуальную ситуацию в адвокатском сообществе глазами медиа, то в основном мы увидим как скандалы в корпорации сменяются провалами, а за провалами приходят новые скандалы. Изнутри ситуация выглядит еще более печально: достаточно почитать адвокатские паблики в соцсетях, чтобы увидеть, что корпорация разобщена и деморализована. Вряд ли можно представить проблему, по которой сообщество могло бы выступить консолидированно, - утрачены представления об общих интересах и ценностях.

Федеральная палата адвокатов во главе с президентом Юрием Пилипенко превратилась в несовременную и неповоротливую бюрократическую структуру, давно потерявшую навыки общения с адвокатской «улицей». То же касается и многих других региональных палат адвокатов.

В качестве своего главного достижения последнего времени ФПА пытается «продать» адвокатуре поэтапное повышение размера вознаграждения адвокатов по назначению, работающих в порядке применения ст. 51 УПК РФ. Соответствующе постановление было принято правительством России более года назад - в октябре 2018 года. Согласно документу, с 2019 года минимальное вознаграждение адвоката по назначению за один рабочий день в дневное время будет составлять 900 рублей, с 2020 года – 1250 рублей, с 2021 года – 1500 рублей. Тем же постановлением были повышены ставки оплаты участия адвоката в уголовном деле в ночное время, нерабочие, праздничные и выходные дни.

Как видно из вышеприведенных цифр, даже в 2021 году, когда минимальное вознаграждение адвокатов по назначению составит 1500 рублей в день, их заработки все равно останутся чрезвычайно низкими, несопоставимыми с заплатами судей и прокуроров. Очевидно, что большинство защитников посчитали достигнутые результаты недостаточными, а позицию ФПА в отстаивании интересов сообщества - менее активной, чем это было необходимо.

К слову, возглавляемый Григорием Абуковым профсоюз адвокатов России предлагал увеличить минимальное вознаграждение адвоката по назначению до 3000 рублей в день - это действительно позволило бы обеспечить нормальный уровень доходов многим защитникам и в основном сняло бы напряжение по этому вопросу в профессиональной среде.

Однако главным провалом ФПА в последнее время стало не это, а принятие подготовленных под руководством замминистра юстиции России Дениса Новака и внесенных в парламент группой сенаторов во главе со скандально известным Андреем Клишасом, поправок в ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре».

Адвокат Адвокатской палаты Москвы Рустам Чернов опубликовал на Change.org петицию, в которой заявил, что в России с принятием этих поправок «планируется ввести адвокатскую монополию, когда представителями будут только адвокаты». Перед этим государство, считает Чернов, «зачистит» адвокатуру от неугодных - тех, кто подлинно защищает как права граждан, так и права корпорации.

«Сегодня адвокатов лишают статуса за принципиальность позиции в отстаивании прав своих доверителей, за инакомыслие, критическое отношение к руководству, власти. Адвокатское сообщество оценивает данную попытку как "кастрацию адвокатуры"», - говорится в петиции.

Согласно подписанным 2 декабря президентом Владимиром Путиным изменениям в закон об адвокатуре, которые в основном вступят в силу с 1 марта 2020 года снимается ограничение на избрание одного и того же лица на должность президента ФПА не более, чем на два срока.

С 1 марта 2021 года вступает в силу изменение, согласно которому не вправе быть представителем в суде лицо, статус адвоката которого прекращен вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения обязанностей перед доверителем. Также представителем в суде не сможет быть лицо, нарушившее Кодекс профессиональной этики адвоката, незаконно использовавшее или разглашавшее информацию, связанную с оказанием юридической помощи доверителю. По мнению многих представителей адвокатского сообщества, вышеперечисленные основания слишком неконкретны и поэтому оставляют большие возможности для злоупотребления - в первую очередь, для отстранения от работы неугодных властям или руководству адвокатских объединений защитников.

Впрочем, в рамках этих же поправок были приняты и некоторые действительно давно ожидавшиеся адвокатурой изменения: в частности, было установлено что в соглашении об оказании юридической помощи может содержаться положение о «гонораре успеха», но не в случаях с юрпомощью по делам об административных правонарушениях и по уголовным делам.

Еще хуже, чем в ФПА, обстоят дела в представляющей более десяти тысяч столичных адвокатов Адвокатской палате города Москвы, которой руководит Игорь Поляков. Активность АПГМ настолько низка, что, вполне вероятно, большинство ее членов до сих пор думают, что палатой руководит Генри Резник, в действительности покинувший президентский пост в 2015 году.

Как говорят "не для печати" рядовые адвокаты, сейчас деятельность богатейшей региональной палаты в стране, обладающей огромным финансовым и организационным потенциалом, по сути, сведена к исполнению роли личного аппарата президента АПГМ Полякова и вице-президентов Генри Резника и Вадима Клювганта. А все предусмотренные сметой расходов средства палаты расходуются исключительно в интересах президента и двоих его заместителей.

Также на деньги палаты организовываются мероприятия, единственная цель которых - дать возможность руководству палаты покрасоваться перед прикормленной частью адвокатского сообщества. Например, в конце декабря в зале торжеств «Суздаль» гостиничного комплекса «Золотое кольцо» пройдет «Новогодний Бал адвокатов-2020», на котором, нет сомнений, как и в предыдущие годы, будут солировать Резник и его старая знакомая Наталья Канишевская из адвокатского бюро «Канишевская, Озерский, Кочетов, Четвергов».

Помпезное мероприятие с выступлениями артистов и банкетом, на которое из года в год тратятся взносы членов палаты, не решает совершенно никаких задач профессионального сообщества, но зато позволяет руководству АПГМ презентовать себя в выгодном антураже, обеспеченном дамами в вечерних платьях и господами в костюмах и смокингах. А для Резника это еще и возможность продемонстрировать свои посредственные вокальные способности.

В октябре 2018 года АПГМ для распределения дел по назначению была внедрена автоматизированная информационная система Адвокатской палаты Москвы, в сокращении - АИС АПМ. По задумке, система должна была обеспечить справедливое и равномерное распределение дел по назначению между адвокатами и исключить фактор человеческого вмешательства.

Вице-президент АПГМ Сергей Зубков, отвечающий в палате за информационные технологии, в интервью «Адвкокатской газете» заявил, что смысл системы в том, чтобы «механизм распределения дел был максимально прозрачным и чтобы никто (ни в палате, ни в судах и правоохранительных органах) не мог повлиять на процедуру назначения того или иного адвоката. Продуманная и доступная компьютерная программа должна стать полной гарантией, исключающей субъективный фактор при распределении дел по назначению».

По словам Зубкова, программа должна была автоматизировать все процессы, связанные с назначением: регистрацию адвокатов в системе, принятие заявок, формирование списков адвокатов по конкретной заявке, последующий выбор адвокатов из списка, служебное оповещение и так далее.

На разработку системы были потрачены десятки миллионов рублей, взятых из взносов членов палаты. В обслуживании она тоже обходится весьма недешево, деньги на нее продолжают тратиться. А вот работает она так себе.

Исполняющий обязанности начальника Управления Судебного департамента в Москве Егор Игнащенко рассказал в интервью РАПСИ, что на АИС АПМ поступает множество жалоб.

Чаще всего это происходит, когда адвокат сначала принимает вызов, а потом отказывается от работы по назначению - потому что он нашел другого клиента, и ему с ним работать выгоднее.

Но хватает и технических проблем. Игнащенко рассказал, что в системе плохо отлажен механизм распределения дел по районам и округам города, поэтому иногда адвокат из Солнцево получает назначение, например, в Зеленоград. Это приводит к тому, что суд часто не сможет быстро пригласить адвоката по назначению.

Кроме того, АИС АПМ не учитывает специализацию адвоката. Так адвокат, работающий в арбитражах или специалист по гражданским процессам может получить вызов на уголовное дело.

Большие проблемы с использованием системы у судов. Игнащенко рассказал, что сотрудник аппарата или судья, чтобы вызвать адвоката по назначению, должен на сайте адвокатской палаты заполнить около 40 полей. Бывает, что в суде на один день назначено двадцать дел, где нужны адвокаты по назначению, и по каждому приходится заполнять настолько объемный документ - в итоге это приводит к огромным потерям времени.

Ничего не могут в АПГМ поделать и с произвольным применением московской полицией плана «Крепость», во время реализации которого отделение закрывается, посетители в него не допускаются и его не покидают. Вообще-то этот план должен вводиться, когда возникает угроза нападения на отдел полиции, однако в Москве в последнее время он регулярно применяется, когда силовики просто хотят ограничить доступ в отделение посторонних, в первую очередь - адвокатов.

Чаще всего план «Крепость» в московских отделениях полиции вводится после массовых задержаний в результате всевозможных протестных выступлений. Тогда с помощью введения этого плана полицейские дают сотрудникам Центра «Э», ФСБ и Следственного комитета возможность провести беседы с задержанными до того, как к ним будут допущены адвокаты.

Бывают и другие случаи. Так, план «Крепость» был введен в ОВД «Китай-город» летом 2017 года, когда туда за стрельбу в отеле доставили чеченского олигарха Умара Джабраилова, - чтобы отгородиться от чрезмерно целеустремленных земляков задержанного.

Генри Резник признает, что план «Крепость» нарушает конституционное право граждан на защиту, однако все, что делает палата в ответ на его произвольное применение, - пишет письма в МВД и прокуратуру. Эффективность этих обращений, по словам самого вице-президента АПГМ, не велика.

Ходят слухи, что пассивность палаты по вопросу применения плана «Крепость» обусловлена тем, что Поляков боится, в случае, если будет проявлять чрезмерную активность по этому вопросу, потерять расположение председателя Мосгордумы Алексея Шапошникова. То есть, пока «дружба» Полякова и Шапошникова не кончится, будут продолжаться унижения адвокатов в московских отделениях полиции, которых из-за плана «Крепость» или не будут допускать к доверителям, или наоборот - не будут выпускать из здания ОВД. О праве задержанных на защиту в такой ситуации и говорить не приходится, - оно заботит руководство палаты еще меньше, чем права адвокатов.

То, что из-за пассивности АПГМ оскорбительное по отношению к адвокатам поведение сходит с рук сотрудникам МВД, судов, приставам, не проходит бесследно: в последнее время московских адвокатов все чаще не пускают в залы заседаний, и то и вовсе выкидывают из них. Но и сейчас никакой эффективной реакции палаты на происходящее беззаконие, нарушение прав адвокатов и угрозу их личной неприкосновенности как не было, так и нет.

В сложившейся ситуации, когда руководство палаты самоустранилось от решения наиболее актуальных проблем корпорации, трудно было бы ждать от московского адвокатского сообщества поддержки руководства АПГМ. Ее и нет: в ежегодных конференциях палаты, где утверждаются отчеты о деятельности и сметы, проходят назначения в руководящие органы, участвует лишь небольшое число послушных Полякову адвокатов - остальных просто не приглашают. В итоге эти собрания проходят в составе, недостаточном для того, чтобы признать их легитимными.

Нельзя сказать, что ситуация в АПГМ намного хуже, чем в других адвокатских объединениях. Пожалуй, единственная организация, которая сейчас демонстрирует хоть какую-то результативность в защите интересов корпорации - Гильдия российских адвокатов Гасана Мирзоева, а в остальном картина более или менее безрадостная.

Президент Адвокатской палаты Санкт–Петербурга Евгений Семеняко в палате почти не появляется, там заправляет его сын Максим - который уже сейчас занимает пост вице-президента и члена совета организации, а в перспективе, очевидно, займет место отца во главе объединения. При этом одного из самых известных и заслуженных адвокатов Питера Юрия Новолодского в палате откровенно третируют.

Похожая ситуация и в Палате адвокатов Нижегородской области, где на смену заслуженному юристу России Николаю Рогачеву готов прийти его сын Дмитрий…

Понятно, что в таких обстоятельствах перспективы занять должность руководителя региональной палаты у человека со стороны, каким бы талантливым и работоспособным он не был, нет.

В ноябре 2019 года СК возбудил уголовное дело в отношении главы Адвокатской палаты Оренбургской области Валерия Бодашко по подозрению в торговле адвокатскими статусами. Следствие считает, что Бодашко получил через одного из знакомых адвокатов 450 тысяч рублей за то, что пообещал претенденту успешную сдачу экзамена и предоставление статуса адвоката.

Вряд ли это единичный случай - в профессиональной среде говорят о торговле адвокатскими статусами и в других регионах, в Москве и Московской области они - самые дорогие. Сложно, не зная этого определенно, предположить сколько может стоить адвокатский статус в Москве, но, наверное, оренбургские цены нужно умножать в несколько раз.

Так что 11 декабря в «Измайлово» московской адвокатуре будет что обсудить. Хотелось бы надеяться, что по итогам собрания «Совета адвокатских образований Москвы» будут предприняты какие-то действия по исправлению ситуации в адвокатских объединениях и намечены к реализации решения по защите интересов корпорации в столице.