«Самолет был целехонький». Как движется дело о крушении «Суперджета» в Шереметьево.



Год назад, 5 мая 2019 года, в московском аэропорту Шереметьево Sukhoi Superjet 100 авиакомпании «Аэрофлот» совершил жесткую посадку. В результате аварии погиб 41 человек.

Несмотря на то что Следственный комитет уже завершил расследование, а пострадавшие и родственники погибших получили компенсации, происшествие в Шереметьево продолжает вызывать множество вопросов.

«Нужно по-другому немножко пилотировать»

Рейс Москва — Мурманск вылетел из Шереметьево по расписанию около 18:00 5 мая 2019 года. Несмотря на хорошую погоду в районе аэропорта, уже на высоте около трех километров лайнер попал в грозу, в него несколько раз ударила молния. Такие инциденты происходят достаточно часто и, как правило, не приводят к серьезным неполадкам, однако в случае с SSJ 100 они вызвали временную потерю связи, отказ некоторых электронных систем и переход в режим прямого управления.

Из-за этих неполадок пилоты решили возвращаться в аэропорт и сообщили о своем намерении на землю по резервному каналу связи. Садиться им предстояло в ручном режиме и с превышением допустимой посадочной массы — за счет невыработанного топлива, однако самолет при этом оставался управляемым. В соответствии с предварительным отчетом Межгосударственного авиационного комитета (МАК), на первом этапе посадка проходила без серьезных отклонений, однако после выхода на глиссаду (оптимальная траектория полета летательного аппарата, по которой он снижается непосредственно перед посадкой. — Прим. ТД) лайнер отклонился от штатных величин скорости и тангажа и коснулся земли со значительной перегрузкой. Поднялся на два метра над полосой и снова приземлился — на этот раз перегрузка оказалась существенно выше допустимой. В результате были серьезно повреждены стойки основных шасси. После следующего касания земли стойки подломились, движение по полосе самолет продолжил на фюзеляже и крыльях, его хвостовая часть загорелась.

Следственный комитет возбудил уголовное дело в отношении командира воздушного судна Дениса Евдокимова, которого поместили под подписку о невыезде. Обвинения в свой адрес пилот отрицает: по его словам, самолет при посадке не слушался бортовой ручки управления, его «швыряло из стороны в сторону».

Защиту пострадавших в катастрофе взяла на себя коллегия адвокатов «Трунов, Айвар и партнеры», юристы которой также не согласны с выводами следствия.

«С “Суперджетом” ситуация в части вины и виновности вообще не решена, дело в отношении летчика не выдерживает никакой критики, — отмечает в разговоре с ТД глава коллегии Игорь Трунов. — Виновные там, конечно, совершенно другие. Это наше мнение, и мы это мнение будем доказывать в суде».

По словам Трунова, его коллегия уже подготовила документы для начала процессов в европейских судах, в частности во Франции, которая является страной — поставщиком деталей для «Суперджета». Однако подать документы в европейские суды юристы пока не могут из-за пандемии.

Расследование было завершено еще в начале декабря 2019 года. По его итогам Следственный комитет пришел к выводу, что ответственность за катастрофу лежит на командире воздушного суда Денисе Евдокимове. Ему предъявили обвинение в нарушении правил безопасности и эксплуатации воздушного транспорта, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, смерть двух и более лиц, а также крупный ущерб (ч. 3 ст. 263 УК РФ).

Не был изучен вопрос технического состояния воздушного судна после удара молнии и влияния на работу систем самолета при очевидном разрушении конструкции шасси с последующим разливом топлива и его возгоранием. В деле нет никаких данных и доказательств по соответствию стоек шасси нормам летной годности, а отсутствие в материалах дела исследований причин поражения самолетных систем и оборудования делает обвинение нашего подзащитного бездоказательным и преждевременным».
 

20 апреля 2020 года Генеральная прокуратура РФ утвердила обвинительное заключение по делу, после чего документы передали в Химкинский городской суд Московской области для рассмотрения по существу.

Адвокат пострадавших Игорь Трунов отметил, что проблема выплат еще не решена, а выплаченные компенсации «не соответствуют международным стандартам».
 

«Я думаю, что этот вопрос еще будет подниматься в судебном порядке и, скорее всего, он переместится в иностранную юрисдикцию, — говорит Трунов. — Сейчас идет подготовка документов».
 

Общий ущерб от авиакатастрофы в Шереметьево, по материалам дела, составил 1,5 миллиарда рублей. Как ранее заявлял Трунов, потерпевшей стороной могут признать авиакомпанию «Аэрофлот» или страховую компанию, которая проводила выплаты семьям погибших пассажиров. В этом случае, считает Трунов, бремя ответственности, в том числе и перед страховыми компаниями, может лечь на плечи пилота Евдокимова. «Материальная ответственность для небогатого пилота в данной ситуации представляет из себя ужас, — рассказывает адвокат, — Не говоря уже о человеческих жизнях, которые у нас серьезно недооценены. Плюс сам самолет и так далее. Тем не менее прелесть в том, что иностранные юрисдикции скептически относятся к нашей системе судопроизводства из-за ее обвинительного уклона. Поэтому если параллельно запускается процесс в какой-то юрисдикции, которая изготавливала детали этого самолета, а он больше чем 80% состоит из иностранных деталей, то вот это решение (признание командира воздушного судна виновным. — Прим. ТД) будет, в общем, до лампочки».

https://takiedela.ru/news/2020/05/05/samolet-byl-celekhonkiy/