Адвокатское сообщество возмущено соглашательством главы ФПА



Адвокаты выразили недоверие президенту Федеральной палаты адвокатов Юрию Пилипенко из-за поправки о пожизненном запрете на представительство в судах. Вместо того, чтобы биться за цех, он попросил закон Клишаса одобрить. А там, в толще бумаг - смертный приговор адвокатуре. Название этому - предательство, говорят юристы.

В день принятия «кастрационных поправок» президент Федеральной адвокатской палаты Юрий Пилипенко вместо того, чтобы выступать на стороне коллег и защищать подлинные интересы адвокатуры, отвесил увесистые благодарственные поклоны лоббирующему закон сенатору Клишасу. Благодаря такому лояльному представителю обсуждение документа №565 о внесении поправок в федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» заняло пять минут. Голосование пошло гладко… Внесенные изменения, по мнению адвокатского сообщества, тем временем, напрямую ведут к установлению монополии в отрасли, а также в обход конституционных прав легализуют расправу над неугодными адвокатами.

Надо отметить, что 469-ое заседание Совфеда 25 ноября вообще было необычайно плодоносным – за 6 часов сенаторы успели рассмотреть 64 вопроса. Адвокатский вопрос рассматривался сразу за законом о создании Реестра об иностранных агентах-физлицах, по обоим инициативам докладывал Андрей Клишас.

Примечательно, что в качестве вольного слушателя на заседание был приглашен президент Федеральной Палаты адвоката Юрий Пилипенко. Видно было, что роль кивалы ему самому была не очень-то и приятна. Но отказать Валентине Матвиенко перед самым ответственным моментом – голосованием он не смог, тем более, как отметил до него выступающий Клишас, «правительство тоже приняло активное участие в обсуждении поправок».

Нужно оспорить экспертизу? – Анализ бесплатно! recense.exprus.rurecense.exprus.ruРецензия на экспертизу - 1 день. Оспорим результаты. Консультация бесплатно. Звоните!По всей РоссииЦены снижены на 20%Выполненные рецензииВиды рецензий

Яндекс.Директ

«Вопросы, пожалуйста, замечания. Юрий Сергеевич, может быть, вы что-то хотели сказать, пожалуйста» - обратилась к нему председатель Совфеда и из-под очков пристально на него посмотрела. Сидящий на балконе Юрий Пилипенко в бабочке в горошек привстал и отвечал: «Я хотел бы поблагодарить, Валентина Ивановна, хотел бы поблагодарить уважаемых сенаторов за то, что они проявили инициативу по внесению этого законопроекта. Действительно, как сказал Андрей Александрович, не всё гладко шло при обсуждении этого текста, но, тем не менее, тот компромисс, который на сегодняшний день достигнут, наверное, он наиболее подходящий для того, чтобы просить вас поддержать этот законопроект».

Адвокат Адвокатской палаты Москвы Рустам Чернов называет внесенные поправки уничтожением последнего оплота честного правосудия. «Новые Известия» излагают взгляд адвоката на состоявшееся событие.

Андрей Клишас перечислил только плюсы законопроекта, поблагодарил Правительство России за помощь. И совсем «забыл» упомянуть о пожизненном запрете на представительство в суде для лиц, лишенных статуса адвоката, что по факту означает запрет на профессию. Пробел дежурно восполнил сенатор Вячеслав Мархаев, адресовав самый тяжелый вопрос персонально Пилипенко: «Запрет на судебное представительство, лишение статуса – это пожизненно?» - спросил он.

«Спасибо, хороший вопрос. Я должен сказать, что опасения чрезмерны и не вполне обоснованы, прежде всего, хотел бы отметить, что любой адвокат, лишенный статуса, имеет возможность обжаловать это решение как в суде, так и в Федеральной палате адвокатов. Это первое. Второе: любой адвокат, лишенный статуса, имеет возможность уже через год после этого решения претендовать вновь на получение адвокатского статуса. И самое главное: представительство в суде не охватывает собой всю широту юридической профессии. Поэтому ни о каком пожизненном лишении права на судебное представительство речи в этой норме не идет», - ответил Юрий Сергеевич.

После выступления Юрия Пилипенко поправки были поставлены на голосование и приняты сенаторами единогласно.

- Надо сказать, что адвокатская общественность очень ждала компромисса именно в части поправки о пожизненном запрете на представительство в суде, всплывшей неожиданно ко второму чтению. Изначально в законопроекте от 18.05. 2018 к первому чтению ее не было вовсе. Представители Федеральной палаты адвокатов России 8 ноября говорили о том, что направили в Госдуму отрицательный отзыв. Общественность его, правда, таки не увидела. Пилипенко тогда отреагировал, сказал, что спорная поправка претерпела изменения, адвокаты, якобы, были услышаны. И что видим на деле? Все эти «были услышаны» - просто беззастенчивая, неприкрытая ложь, - говорит Рустам Чернов.

Адвокат, опираясь на документальную базу с сайта Госдумы, предлагает оценить чего стоят слова Пилипенко о найденном компромиссе. Как говорится, найди отличия:

Второе чтение (13.11.2019)

 

Третье чтение (20.11.2019)

 

4) в статье 17:

б) пункт 3 дополнить абзацем следующего содержания:

«Лицо, статус адвоката которого прекращен по основаниям, предусмотренным подпунктом 4 пункта 1 и подпунктами 1, 2 и 21 пункта 2 настоящей статьи, не вправе быть представителем в суде, за исключением случаев участия его в процессе в качестве законного представителя.»;

 
 

4) в статье 17:

б) пункт 3 дополнить абзацем следующего содержания:

«Лицо, статус адвоката которого прекращен по основаниям, предусмотренным подпунктом 4 пункта 1 и подпунктами 1, 2 и 21 пункта 2 настоящей статьи, не вправе быть представителем в суде, за исключением случаев участия его в процессе в качестве законного представителя.»;

 
 

Как видим, никаких изменений в законопроекте по поводу вето на представительство в действительности в ходе обсуждений внесено не было – ни после первого чтения, ни после второго.

- Новеллой в теории права и логики явилось заявление президента ФПА о том, что возможность обжалования запрета будто бы изменяет его содержание! Согласно блистательному заявлению Юрия Пилипенко, сам факт возможности обжалования бессрочного запрета на представительство в суде означает, что этот запрет не бессрочен, - продолжает Чернов. – А что же будет, если адвокат не успеет обжаловать решение о прекращении своего статуса в установленные сроки или, не дай Бог, ему в жалобе вдруг возьмут и откажут. Как же тогда рассказывать о пожизненном запрете как не о пожизненном?

Пожизненное лишение статуса – это, на самом деле, лишь пробный шар, в деле более важном для законодателей. Вводится настоящая адвокатская монополия, и вот тому доказательства. Адвокат Рустам Чернов проецирует, чем в будущем обернутся такие вот, на первый взгляд, безобидные компромиссы.

В Минюсте давно лежит Концепция реформирования рынка юридических услуг – и она доросла уже фактически до проекта нормативно-правового акта. В нем речь идет о возможности представительствовать в суде только юристам со статусом адвокатов. Соответственно, армия юристов, общественников, правозащитников, которые сегодня пока еще могут отстаивать интересы подзащитных в судах, имея на руках одни только дипломы об окончании юрфака, если хотят практиковать дальше, обязаны будут переквалифицироваться в адвокаты. Для ныне вольных независимых профессионалов это означает посписочное закрепление за адвокатскими палатами, и роль эта - крайне зависимая. Адвокатское сообщество уже сейчас понимает все риски перековки вольных юристов в подчиненных органов адвокатуры. Одно дело, когда вы - вольный юрист, работаете в частном бюро и не обслуживаете никого, кроме своих клиентов. Совсем другое дело, когда ваша деятельность как адвокатов регламентируется букетом нормативно-правовых актов. Когда вы не вправе отказаться от принятой на себя защиты клиентов, когда за вами надзирает квалификационные коллегии в лице судей, чиновников Минюста, депутатов и когда эта самая коллегия может лишить вас статуса только потому, что ей вдруг покажется, что вы где-то переходите тонкие этические грани, к слову, местами трактуемые весьма неоднозначно.

Запрос на «анафему» по этическим соображениям, впрочем, уже не только созрел у законодателей, но и активно практикуется. За последние месяцы по этическим мотивам были лишены работы профессиональный адвокаты. Сергей Наумов распрощался с адвокатурой из-за неодобренной коллегией одежды, Марк Фейгин - за посты в Facebook, Виталий Буркин – за критику судебной власти, Игорь Трунов – за свидетельства о коррупции в руководстве региональной адвокатуры, Денис Вяткин – за высказанный протест судейскому произволу, Алексндр Войцев – за просроченные членские взносы. Поправка Клишаса о пожизненном лишении статуса как раз переводит подобные «нарушения» из плоскости этических соров в правовое поле.

При установлении адвокатской монополии понятие вольнонаемный юрист ликвидируется. Любое действие адвоката, даже касающееся его личной жизни, попадает под лупу квалификационных комиссий. А сам факт попадания человека с юридическим образованием в сообщество тщательно фильтруется.

Президент адвокатской палаты, к слову, перестает играть в этих процессах решающую роль. По новому закону, он больше не может быть председателем квалификационной комиссии. Это «свято место» готовятся занять чиновники из Минюста, судьи, депутаты, также входящие в состав комиссий.

Все эти факторы вкупе сводят к минимуму реальные шансы народа на участие в госуправлении, в правосудии, считает адвокат.

Если сегодня любой человек еще может нанять себе адвоката, условно, за чек в 50 тысяч рублей, то с введением монополии плата взлетит до 500 тысяч рублей. Позволить себе такую защиту большая часть населения просто не сможет.

Сегодня с принятием «кастрационных поправок» для многих адвокатов актуализировался вопрос о сменяемости президента Федеральной палаты адвокатов. Почему Юрий Пилипенко, собственно, может позволить себе выступать в Совфеде со столь непопулярными, антицеховыми заявлениями?

- Удивительно, но факт – Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» не содержит механизма отрешения Президента ФПА России от должности. Вообще, оказывается, не предусмотрено у нас в ФПА механизма импичмента. Президента избирает Совет ФПА, но не имеет права его от должности отстранить, - говорит Рустам Чернов.

Сами же выборы президента Федеральной адвокатской палаты при всем желании образцом независимости не назвать.

Во-первых, большинство адвокатов, даже в составе адвокатских палат правом голоса в выборах президента ФПА попросту не наделены. Участие в голосовании принимают исключительно члены Совета ФПА. Но кто эти голосующие люди, если присмотреться внимательно? Члены Совета ФПА назначаются и ротируются самим же президентом Федеральной палаты! Каков шанс, что они не проголосуют за благодетеля, чьей волей были совсем недавно включены в высший исполнительный орган своего профсообщества?

Адвокатские палаты могут, не менее чем третью состава, лишь выразить недоверие Совету. С этой целью собирается Внеочередной Всероссийский съезд, который прекращает полномочия Совета, выбравшего разочаровавшего их президента. Но ... сам президент при этом остается неприкасаемым и должность свою сохраняет.

Поправки Клишаса только усугубляют этот клубок конфликта интересов - тем, что снимают ограничения по сроку нахождения такого президента в президентской должности. Если раньше президент ФПА мог пребывать на своем месте не более одного срока (в 4 года), то теперь все лимиты по главному креслу в Федеральной палате адвокатов сняты. Президент может избираться на столько сроков, на сколько захочет, и никто из коллег ему в этом вообще никак не воспрепятствует. Из-за отсутствия технической возможности сделать это.

Теперь, кажется, проясняется, какой именно компромисс с законотворцами Юрий Пилипенко имел ввиду…

«Новые Известия» направляли Юрию Пилипенко просьбу прокомментировать опасения коллег-адвокатов по поводу пожизненного лишения статуса на представительство в судах, но президент Федеральной палаты адвокатов предпочел занять позицию молчаливую.