Правосудие против адвоката. Современные вызовы российской адвокатуре.



Меньше чем за неделю российское адвокатское сообщество столкнулось с двумя серьезными вызовами. Сначала тульский суд отказался допустить в процесс московского защитника Дмитрия Сотникова — мужчину выволокли из здания суда в наручниках и обвинили в попытке напасть на судью. Через несколько дней прямо в ходе процесса был задержан один из известных адвокатов в стране Дагир Хасавов — на следующий день его арестовали по обвинению в «попытке воспрепятствовать правосудию»; сам он заявил, что «нельзя воспрепятствовать тому, чего нет».

В соответствии с частью 3 ст. 123 Конституции РФ - Судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Пункт с) части 3 ст. 6 Конвенции о защите прав человека закрепляет за каждым обвиняемым в совершении уголовного преступления имеет как минимум право защищать себя лично или через посредство выбранного им самим защитника.

Недавние события, связанные с незаконными действиями в отношении адвокатов, свидетельствуют о том, что уже самим адвокатам необходим специальный закон, который бы защищая их, гарантировал подзащитным и доверителям соблюдение права на защиту.

Это только два из множества вопиющих случаев нарушения прав адвокатов, которые стали предметом широкого обсуждения и достоянием общественности.

Два случая с адвокатами Дмитрием Сотниковым, которого судья не только не допустила к участию в деле, несмотря на наличие у него полномочий, но и, как утверждают открытые источники, приказала судебным приставам вывести его из суда; второй, адвокат  Дагир Хасавов, арестованный по обвинению в, якобы, воспрепятствовании правосудию. Таким образом адвокат Хасавов выведен из дела бывших дагестанских чиновников в связи с уголовным преследованием в отношении него.

Правоохранительные органы, суды, прокуроры применяют все более изощренные методы для отстранения сильных и неугодных, а скорее неудобных, адвокатов от участия в сложных и зачастую, выглядящих, как сфабрикованные, уголовных делах, делах связанных с крупным бизнесом или высокопоставленными персонами, применяя к адвокатам недозволенные методы, в том числе связанные с задержаниями, возбуждением уголовных дел, арестами, лишением статуса и т.д.

Такие случаи возможны только в связи с недостаточным регулированием статуса адвоката в процессуальном законодательстве, а также полумерами формулировок УК РФ, которые не в состоянии защитить адвоката от воспрепятствования осуществлению адвокатской деятельности.

Расправа над адвокатом Сотниковым стала возможной только в связи с тем, что адвокат, как участник уголовного судопроизводства становиться защитником по усмотрению судьи, следователя или дознавателя, которым законодатель предоставил право допустить адвоката к участию в деле или нет. При этом, согласно ч. 4 ст. 49 УПК РФ, адвокат вступает в уголовное дело в качестве защитника по предъявлении удостоверения адвоката и ордера. Но в этом случае, судья не рассмотрела вопрос о допуске адвоката его к участию в деле (чего не требуется, см. ч. 4 ст. 49 УПК). В случае с адвокатом Сотников, он стал заложником настроения судьи, не соблюдавшей законодательство, что расценивается не иначе, как воспрепятствование законной деятельности адвоката, однако такой статьи в уголовном кодексе РФ не имеется. Хотя адвокат фигурирует в УК РФ, как лицо, осуществляющее правосудие (ст. 295, 296 УК РФ).

Следующий прецедент, когда адвоката отводят от участия в защите обвиняемого по надуманным, несуществующим основаниям. Когда это происходит на стадии следствия, у адвоката есть хотя бы призрачная надежда на восстановление своего статуса в судебном порядке, но, когда адвоката отводят на судебной стадии, вопрос обжалования незаконности отвода отдаляется до обжалования итогового решения по делу. А при условии, что судебное заседание закончено, приговор вынесен, суд затратил значительное время на рассмотрение дела, допрос свидетелей, производство экспертиз, исследование материалов дела, а по большим делам рассмотрение ела может затянуться на год и дольше, с большей долей вероятности удовлетворения жалобы на незаконный отвод защитника, рассчитывать не приходится.

Недавно мы столкнулись с таким прецедентом и вынуждены обратиться в ЕСПЧ в связи с нарушением ст. 6 Конвенции о защите прав человека.

Вопиющий метод воспрепятствования адвокатской деятельности, это возбуждение уголовных дел в отношении адвокатов. Ярким примером тому является уголовное дело в отношении адвоката Дагира Хасавова. Чего проще, полностью зависимый от следствия потерпевший или напуганный свидетель подписывают абсолютно надуманное заявление о том, что некие лица «от адвоката» угрожали, запугивали, предлагали. Все это закрепить рапортом некоего о/уполномоченного и вот вам состав. Уголовное дело, мера пресечения, адвокат отстранен от участия в защите.

Добиться уважения к адвокатскому сообществу можно только через сильную, независимую и защищенную адвокатуру.

Пока в законодательстве и правоприменительной практике не будет эффективной защиты адвоката при осуществлении им своей профессиональной деятельности, как внутри сообщества, так и во всех органах и организациях, где адвокат ее осуществляет, по туда адвокат не сможет квалифицированно и эффективно осуществлять свою адвокатскую деятельность, которая является значительной частью правосудия.

Конституция РФ, уголовно процессуальный закон, международные правовые акта, которые имеют приоритетное значение, первостепенное значение для отправления правосудия придают реализации права на защиту. В случаях воспрепятствования адвокатской деятельности о соблюдения принципа, «Каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи <…>. Каждый задержанный, заключенный под стражу, обвиняемый в совершении преступления имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения», не может быть и речи.

Специальный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре» (часть 1 ст. 18 ФЗ РФ) запрещает вмешательство в адвокатскую деятельность: «Вмешательство в адвокатскую деятельность, осуществляемую в соответствии с законодательством, либо препятствование этой деятельности каким бы то ни было образом запрещаются».

Однако, ответственность за нарушение данной нормы законодательством не установлена, что придает ей декларативный характер, как и декларативна норма защиты адвоката государством. Исходя из закрепленного в законе принципа независимости адвокатуры, а также принципов самоуправления и корпоративности адвокатского сообщества, необходимо внесение поправок в пробельное законодательство путем внесения в УК РФ нового состава преступления «Воспрепятствование законной деятельности адвокатов и иных лиц по защите прав, свобод и законных интересов человека и гражданина, а также оказанию юридической помощи физическим и юридическим лицам», которая бы регламентировала 1. Воспрепятствование законной деятельности адвокатов и иных лиц по защите прав, свобод и законных интересов человека и гражданина в уголовном процессе, а равно оказанию физическим и юридическим лицам юридической помощи либо иное нарушение самостоятельности и независимости такой деятельности, если эти деяния причинили существенный вред правам, свободам или законным интересам человека и гражданина, правам или законным интересам юридических лиц, охраняемым законом интересам общества или государства;

2. Деяния, предусмотренные частью первой настоящей статьи, совершенные лицом с использованием своего служебного положения.

 

Адвокат, д.ю.н., профессор - И.Л. Трунов ________________________________________